Обновлено: 20 октября 2026
8 мая 1978 года итальянец Райнхольд Месснер (Reinhold Messner) и австриец Петер Хабелер (Peter Habeler) первыми поднялись на вершину Эвереста (8848 м) без дополнительного кислорода. Они шли классическим южным маршрутом с непальской стороны через Южное седло, в составе экспедиции Австрийского альпийского клуба. Кислородными баллонами не пользовались ни на подъеме, ни на спуске.
К тому времени с первого восхождения на Эверест прошло почти четверть века. Возможность достичь вершины уже была доказана. Но хватит ли человеку сил подняться на вершину и вернуться, если он будет дышать только окружающим воздухом? До Месснера и Хабелера никто не прошел этот путь без дополнительного кислорода.
Почему в успехе Месснера и Хабелера сомневались
Попытки подняться на Эверест без кислородных баллонов предпринимались задолго до 1978 года. В 1922 году Джордж Мэллори, Эдвард Нортон и Говард Сомервелл первыми прошли отметку 8000 м без баллонов. Через два года Нортон подошел к вершине еще ближе.
4 июня 1924 года Нортон и Сомервелл вышли на штурм с тибетской стороны, тоже без кислорода. Сомервелл остановился из-за проблем с горлом, а Нортон продолжил один, пересек большой кулуар на северной стене — сейчас его называют кулуаром Нортона — и развернулся примерно на 8570 м. До вершины по высоте оставалось меньше 300 метров. Этот рекорд высоты без кислорода продержался 54 года.
4 июня 1924 года Нортон и Сомервелл вышли на штурм с тибетской стороны, тоже без кислорода. Сомервелл остановился из-за проблем с горлом, а Нортон продолжил один, пересек большой кулуар на северной стене — сейчас его называют кулуаром Нортона — и развернулся примерно на 8570 м. До вершины по высоте оставалось меньше 300 метров. Этот рекорд высоты без кислорода продержался 54 года.
В 1953 году Эдмунд Хиллари и Тенцинг Норгей впервые поднялись на Эверест, используя дополнительный кислород. С баллонами были совершены и все последующие подтвержденные восхождения до 8 мая 1978 года. Кислород стал стандартом, и для многих его необходимость на последних сотнях метров выглядела очевидной. Сегодня кислород входит в пакет любой коммерческой экспедиции: участнику обычно выделяют 6–8 баллонов. Подробнее — в разборе стоимости восхождения на Эверест.
Сомнения части физиологов касались прежде всего возможности двигаться на такой высоте. Физиолог Джон Уэст позднее описывал масштаб этой проблемы: модели переноса кислорода показывали, что у вершины почти весь доступный организму кислород может расходоваться на поддержание самой жизни. На физическую работу — подъем по снегу и скалам, движение с рюкзаком — оставалось крайне мало.
По воспоминаниям Хабелера, им с Месснером возражали и альпинисты, и медики. Их предупреждали о возможном тяжелом повреждении мозга. Предстояло проверить предел, который тогда нельзя было уверенно определить ни по расчетам, ни по опыту предыдущих экспедиций.
Как проходило первое бескислородное восхождение
К 1978 году Месснер и Хабелер уже имели опыт совместных восхождений в Альпах и Гималаях. В 1975 году они вдвоем поднялись на Гашербрум I (8080 м) — восьмитысячник в Каракоруме — без дополнительного кислорода. Они двигались быстро, с небольшим количеством снаряжения, полагаясь на собственные силы и хорошо зная возможности друг друга. Этот подъем считают первым восхождением на восьмитысячник в чистом альпийском стиле: легкой двойкой, без высотных носильщиков, перил и заранее подготовленной цепочки верхних лагерей.
На Эвересте в 1978 году Месснеру было 33 года, Хабелеру — 35. Месснер к тому времени поднялся без кислорода на три восьмитысячника: Нангапарбат (8126 м), Манаслу (8163 м) и Гашербрум I. Хабелер — на один.
Они отправились на Эверест в составе экспедиции Австрийского альпийского клуба под руководством Вольфганга Найрца. Основная команда планировала обычное восхождение с кислородом, а попытка без баллонов шла параллельно.
В марте экспедиция собралась в базовом лагере на высоте 5340 м. Дальше маршрут шел через ледопад Кхумбу, где участники и шерпы провешивали перила и крепили лестницы через трещины. Ледопад в том году оказался особенно разрушенным: на прокладывание пути через него ушло восемь дней, 70 алюминиевых лестниц и более километра веревки. Выше, на склоне Лхоцзе, приходилось крепить перила на открытом льду и устанавливать высотные лагеря.
Месснер и Хабелер работали на маршруте вместе со всеми. 3 апреля они первыми поднялись к месту будущего второго лагеря, а Месснер первым приходил почти на каждую стоянку экспедиции. Грузы между лагерями носили шерпы. 18 апреля в ледопаде при обрушении льда погиб шерпа Дава Нуру.
Первая попытка: отравление и буря
21 апреля двойка вышла на первую попытку восхождения. Но во время подъема Хабелер тяжело заболел. В воспоминаниях он связывал свое состояние с банкой сардин, которую съел вечером: начались рвота, потеря жидкости и сильная слабость. Продолжать движение вверх он уже не мог и стал спускаться.
Месснер пошел дальше с двумя шерпами. Они достигли Южного седла (7986 м), где их застала буря. Ветер повредил палатку, из-за шторма большую часть времени было невозможно готовить, а пережидать непогоду пришлось на высоте около 8000 м. После двух ночей на Южном седле они тоже отступили вниз. Первая попытка закончилась возвращением обоих альпинистов в базовый лагерь.
Пока Месснер и Хабелер восстанавливались, 3 мая на вершину поднялась первая группа экспедиции с кислородом. Среди ее участников были руководитель Вольфганг Найрц и сирдар — старший шерпа — Анг Пху.
Хабелер в эти дни всерьез засомневался. За несколько дней до решающей попытки он попросился в одну из кислородных групп. Ему ответили, что придется встать в конец очереди, и он решил остаться с Месснером.
Месснер пошел дальше с двумя шерпами. Они достигли Южного седла (7986 м), где их застала буря. Ветер повредил палатку, из-за шторма большую часть времени было невозможно готовить, а пережидать непогоду пришлось на высоте около 8000 м. После двух ночей на Южном седле они тоже отступили вниз. Первая попытка закончилась возвращением обоих альпинистов в базовый лагерь.
Пока Месснер и Хабелер восстанавливались, 3 мая на вершину поднялась первая группа экспедиции с кислородом. Среди ее участников были руководитель Вольфганг Найрц и сирдар — старший шерпа — Анг Пху.
Хабелер в эти дни всерьез засомневался. За несколько дней до решающей попытки он попросился в одну из кислородных групп. Ему ответили, что придется встать в конец очереди, и он решил остаться с Месснером.
8 мая: последние метры до вершины
К решающему выходу Месснер и Хабелер провели на высоте больше шести недель. Это и была их акклиматизация: многократные подъемы к верхним лагерям и спуски вниз.
В высотных лагерях они ждали улучшения погоды. 7 мая снова поднялись на Южное седло. С ними шел валлийский альпинист и оператор Эрик Джонс, который снимал начало и конец восхождения. Выше седла Месснер снимал сам, на кинокамеру. Ночь была тяжелой: −35 °C и ветер около 75 км/ч.
По воспоминаниям Хабелера, около трех часов утра 8 мая Месснер начал готовить чай. На приготовления к выходу ушло больше двух часов. Дальше предстоял подъем по юго-восточному гребню через Южную вершину и ступень Хиллари.
Около 5:30 утра Месснер и Хабелер вышли с Южного седла. Помимо съемочной аппаратуры, они несли аварийный набор и легкую веревку. Шли быстро, держась скальных выступов и по возможности обходя глубокий свежий снег. До Южной вершины поднимались, не связываясь. Затем связались и продолжили движение к ступени Хиллари — скальному участку под вершинным гребнем. Хабелер жаловался, что перестает чувствовать руки.
Свежий снег затруднял движение. По мере набора высоты остановки становились все чаще: несколько шагов, опора на ледоруб, попытка отдышаться. На последних метрах они опускались на колени и ползли по снегу.
В высотных лагерях они ждали улучшения погоды. 7 мая снова поднялись на Южное седло. С ними шел валлийский альпинист и оператор Эрик Джонс, который снимал начало и конец восхождения. Выше седла Месснер снимал сам, на кинокамеру. Ночь была тяжелой: −35 °C и ветер около 75 км/ч.
По воспоминаниям Хабелера, около трех часов утра 8 мая Месснер начал готовить чай. На приготовления к выходу ушло больше двух часов. Дальше предстоял подъем по юго-восточному гребню через Южную вершину и ступень Хиллари.
Около 5:30 утра Месснер и Хабелер вышли с Южного седла. Помимо съемочной аппаратуры, они несли аварийный набор и легкую веревку. Шли быстро, держась скальных выступов и по возможности обходя глубокий свежий снег. До Южной вершины поднимались, не связываясь. Затем связались и продолжили движение к ступени Хиллари — скальному участку под вершинным гребнем. Хабелер жаловался, что перестает чувствовать руки.
Свежий снег затруднял движение. По мере набора высоты остановки становились все чаще: несколько шагов, опора на ледоруб, попытка отдышаться. На последних метрах они опускались на колени и ползли по снегу.
На вершине дул сильный ветер, который поднимал снежную пыль с гребня. По данным Гималайской базы данных (Himalayan Database), Месснер и Хабелер вышли на вершину в 13:15¹. Вольфганг Найрц в отчете экспедиции оценивал длительность подъема от Южного седла примерно в восемь часов.
Позднее Хабелер вспоминал, что они обнимались, плакали и смеялись одновременно. Но вместе с облегчением сразу возникли заботы о спуске: нужно было снова пройти ступень Хиллари и вернуться к палатке, пока погода позволяла.
Спуск
Хабелер почти сразу отправился вниз. Месснер задержался на вершине, чтобы снять фильм. Хабелеру хотелось как можно скорее вернуться на меньшую высоту; он опасался, что ветер заметет следы и будет трудно найти путь.
Часть спуска он прошел, скользя сидя по снегу. На одном из участков попал в лавину, сумел выбраться, но потерял ледоруб и подвернул ногу. Несмотря на это, по его воспоминаниям, он добрался до Южного седла примерно за час.
В 14:30 новость по радио дошла до базового лагеря. Хабелер уже был на Южном седле, а Месснера еще ожидали. Он вернулся в штурмовой лагерь позже напарника.
Месснер обморозил большой палец, пока делал на вершине фотографии, а к вечеру страдал от снежной слепоты — болезненного ожога глаз ультрафиолетом. На следующий день оба альпиниста спустились во второй лагерь.
Часть спуска он прошел, скользя сидя по снегу. На одном из участков попал в лавину, сумел выбраться, но потерял ледоруб и подвернул ногу. Несмотря на это, по его воспоминаниям, он добрался до Южного седла примерно за час.
В 14:30 новость по радио дошла до базового лагеря. Хабелер уже был на Южном седле, а Месснера еще ожидали. Он вернулся в штурмовой лагерь позже напарника.
Месснер обморозил большой палец, пока делал на вершине фотографии, а к вечеру страдал от снежной слепоты — болезненного ожога глаз ультрафиолетом. На следующий день оба альпиниста спустились во второй лагерь.
Какой поддержкой они пользовались
Восхождение 1978 года не было автономным. Месснер и Хабелер шли по маршруту, который вместе со всей экспедицией провесили через ледопад, ночевали в лагерях экспедиции, а грузы до верхних лагерей носили шерпы.
При этом весь путь от базового лагеря до вершины и обратно они прошли без дополнительного кислорода. Резервные баллоны в лагерях имелись, но Месснер и Хабелер ими не пользовались. В день восхождения на Южном седле не было шерпов, а выше седла двойка шла одна.
При этом весь путь от базового лагеря до вершины и обратно они прошли без дополнительного кислорода. Резервные баллоны в лагерях имелись, но Месснер и Хабелер ими не пользовались. В день восхождения на Южном седле не было шерпов, а выше седла двойка шла одна.
Сомнения после возвращения
В июне 1978 года, как зафиксировано в архивных материалах Himalayan Database, группа шерпов обратилась в министерство туризма Непала. Они не оспаривали сам факт восхождения, но сомневались, что без кислорода можно подняться так быстро. В своем письме они оценивали путь от Южного седла до вершины с кислородом примерно в десять часов.
Тенцинг Норгей тоже написал в министерство: подняться без кислорода, по его мнению, возможно, но заявленное время вызывало у него вопросы.
Еще 16 мая сирдар Анг Пху, сам стоявший на вершине 3 мая, объяснял, что два баллона, находившиеся у Месснера и Хабелера на Южном седле, позже использовала следующая штурмовая группа экспедиции.
Вольфганг Найрц в отчете экспедиции описал проверку запасов кислорода на Южном седле. Количество, учтенное первой штурмовой группой на спуске 3 мая, совпало с тем, что обнаружили Освальд Эльц и Райнхард Карл, поднявшись на седло 10 мая, уже после восхождения Месснера и Хабелера. По словам Найрца, участники экспедиции не сомневались в их достижении.
Министерство не стало пересматривать признание восхождения: доказательств использования кислорода никто не представил.
Тенцинг Норгей тоже написал в министерство: подняться без кислорода, по его мнению, возможно, но заявленное время вызывало у него вопросы.
Еще 16 мая сирдар Анг Пху, сам стоявший на вершине 3 мая, объяснял, что два баллона, находившиеся у Месснера и Хабелера на Южном седле, позже использовала следующая штурмовая группа экспедиции.
Вольфганг Найрц в отчете экспедиции описал проверку запасов кислорода на Южном седле. Количество, учтенное первой штурмовой группой на спуске 3 мая, совпало с тем, что обнаружили Освальд Эльц и Райнхард Карл, поднявшись на седло 10 мая, уже после восхождения Месснера и Хабелера. По словам Найрца, участники экспедиции не сомневались в их достижении.
Министерство не стало пересматривать признание восхождения: доказательств использования кислорода никто не представил.
Как организм выдерживает высоту Эвереста без дополнительного кислорода
Доля кислорода в воздухе с высотой практически не меняется — около 21%. Но атмосферное давление падает: в том же объеме воздуха становится меньше молекул, в том числе молекул кислорода. Снижается и парциальное давление кислорода, от которого зависит его переход из легких в кровь. Поэтому привычного дыхания для снабжения организма уже недостаточно.
Один из главных ответов организма — усиление дыхания. Человек начинает чаще и глубже дышать, пропуская через легкие больше воздуха. В течение нескольких дней эта реакция усиливается: так происходит важная часть акклиматизации.
Увеличение количества эритроцитов, которые переносят кислород в крови, требует больше времени. Представление, что организм сразу приспосабливается к высоте за счет «дополнительных красных кровяных телец», слишком упрощает происходящее.
Подготовка к вершине включает постепенные подъемы, ночевки в высотных лагерях и возвращение ниже для восстановления. Но даже после акклиматизации максимальная работоспособность остается сильно ниже, чем на уровне моря. Поэтому в последние часы восхождения Месснеру и Хабелеру приходилось останавливаться через каждые несколько шагов.
Один из главных ответов организма — усиление дыхания. Человек начинает чаще и глубже дышать, пропуская через легкие больше воздуха. В течение нескольких дней эта реакция усиливается: так происходит важная часть акклиматизации.
Увеличение количества эритроцитов, которые переносят кислород в крови, требует больше времени. Представление, что организм сразу приспосабливается к высоте за счет «дополнительных красных кровяных телец», слишком упрощает происходящее.
Подготовка к вершине включает постепенные подъемы, ночевки в высотных лагерях и возвращение ниже для восстановления. Но даже после акклиматизации максимальная работоспособность остается сильно ниже, чем на уровне моря. Поэтому в последние часы восхождения Месснеру и Хабелеру приходилось останавливаться через каждые несколько шагов.
Что удалось измерить на вершине в 1981 году
Через три года после восхождения Месснера и Хабелера на Эверест отправилась американская медицинская экспедиция под руководством физиолога Джона Уэста. Ее участники использовали дополнительный кислород, а главной задачей было исследование работы организма на экстремальной высоте.
24 октября 1981 года врач и альпинист Кристофер Пиццо измерил атмосферное давление непосредственно на вершине. Он также собрал шесть проб воздуха из легких для последующего анализа в лаборатории.
24 октября 1981 года врач и альпинист Кристофер Пиццо измерил атмосферное давление непосредственно на вершине. Он также собрал шесть проб воздуха из легких для последующего анализа в лаборатории.
Итоговое значение измеренного давления составило 253 мм ртутного столба — примерно треть стандартного давления на уровне моря, составляющего 760 мм. Это значение относилось к конкретному дню: давление на Эвересте меняется. Оно оказалось несколько выше, чем предсказывали стандартные таблицы для такой высоты, что имело значение для расчетов доступного человеку кислорода.
Анализ проб показал исключительно низкое давление углекислого газа в альвеолах — легочных пузырьках, где происходит газообмен между воздухом и кровью. Это свидетельствовало об интенсивном дыхании: легкие выводили очень много углекислого газа. Его удаление позволяло поддерживать более высокое давление кислорода в альвеолах, помогая ему поступать в кровь даже в столь разреженном воздухе.
Позднейшие измерения показали, что в мае, когда поднимались Месснер и Хабелер, давление на вершине обычно близко к значению, полученному в 1981 году. При таком давлении и интенсивном дыхании у хорошо акклиматизированного человека может сохраняться минимальный запас работоспособности, достаточный для подъема. Эти данные помогли объяснить восхождение 1978 года. Уэст писал, что оно поразило многих физиологов, показав, насколько близко вершина Эвереста находится к пределу переносимости гипоксии — недостатка кислорода.
Первое одиночное восхождение Месснера: 1980 год
Через два года, 20 августа 1980-го, Месснер совершил первое одиночное восхождение на Эверест — снова без дополнительного кислорода. Это отдельное достижение, которое важно отличать от совместного подъема с Хабелером в 1978 году.
На этот раз он выбрал северную, тибетскую сторону горы. От передового базового лагеря на высоте около 6500 м подъем занял три дня. Месснер прошел через Северное седло, поднялся по северному гребню, затем пересек склон к кулуару Нортона и продолжил движение к вершине. По пути вверх он дважды ночевал на горе, самостоятельно перенося палатку и необходимое снаряжение.
В 1978 году Месснер и Хабелер пользовались маршрутом и лагерями, подготовленными большой экспедицией. В 1980 году Месснер поднимался без напарника и заранее оборудованной цепочки высотных лагерей. Отказ от баллонного кислорода сочетался теперь с самостоятельным прохождением горы.
О своем одиночном восхождении 1980 года Месснер рассказал в книге «Хрустальный горизонт». О ней и других мемуарах альпинистов читайте в нашей подборке книг об Эвересте →
Ледопад Кхумбу, по которому в 1978 году шла австрийская экспедиция, можно увидеть своими глазами с тропы к базовому лагерю:
Трекинг к базовому лагерю Эвереста по классическому маршруту →
Трекинг к базовому лагерю Эвереста через озера Гокио →
Автор Дарья Уфимцева — экспедиционный лидер Mountain Quest и автор материалов о Гималаях и высотных экспедициях.
Источники
- Himalayan Database — австрийская экспедиция на Эверест, 1978 год, EVER78102.
- Вольфганг Найрц — Mount Everest, Austrian Expedition, American Alpine Journal, 1979. Отчет руководителя экспедиции: подготовка маршрута, работа участников и шерпов, первая попытка, восхождение 8 мая и проверка кислородных запасов.
- Карин Штайнбах и Петер Хабелер — Das Ziel ist der Gipfel, Tyrolia. Доступный фрагмент книги с воспоминаниями Хабелера об отравлении, выходе на вершину и спуске.
- Петер Хабелер — интервью журналу ALPIN. Совместное восхождение на Гашербрум I, предупреждения медиков перед Эверестом и воспоминания о спуске.
- Райнхольд Месснер — Atmen & filmen, Bergwelten. Рассказ Месснера о последних метрах подъема и съемке фильма на вершине.
- Джо Вулф — There Is No Dream That Must Not Be Dared, Royal Scottish Geographical Society, 2022. Архивный материал о британской экспедиции 1922 года и первом подъеме выше 8000 м без дополнительного кислорода.
- Эдвард Нортон — The Climb with Mr. Somervell to 28000 Feet, Alpine Journal, 1924, и The Problem of Mount Everest, 1925.Рассказ участника о попытке 4 июня 1924 года, прохождении большого кулуара и достигнутой высоте.
- Эндрю Тейлор — High-Altitude Illnesses: Physiology, Risk Factors, Prevention, and Treatment, Rambam Maimonides Medical Journal, 2011. Атмосферное и парциальное давление кислорода, усиление дыхания и механизмы акклиматизации.
- Джон Уэст и Джон Эванс — American Medical Research Expedition to Everest, American Alpine Journal, 1982; Джон Уэст — отчет об экспедиции 1981 года, Himalayan Journal, 1983. Цели медицинской экспедиции, измерения на вершине и исследование пределов работоспособности человека.
- Джон Уэст — A Lifetime of Pulmonary Gas Exchange, Physiological Reports, 2018. Итоговые данные о давлении на вершине и составе альвеолярного воздуха, полученные в экспедиции 1981 года.
- Джон Уэст — Barometric Pressures on Mt. Everest: New Data and Physiological Significance, Journal of Applied Physiology, 1999. Позднейшие измерения давления на Эвересте и его значения в обычные сезоны восхождений.
- American Alpine Journal — Mount Everest, Solo, by the Great Couloir, 1981. Сообщение об одиночном восхождении Месснера 20 августа 1980 года: маршрут, продолжительность подъема и ночевки на горе.
- UIAA — Statement on Historic 8000m Achievements, 2023. Позиция Международной федерации альпинизма об историческом признании восхождений Месснера на все 14 восьмитысячников без дополнительного кислорода к 1986 году.
